Меню

Оплата электросетевого резерва. Что МОЖЕТ ждать потребителей электроэнергии?

ПАО «Россети» уже много лет добиваются того, чтобы потребители оплачивали услуги по передаче не только за фактически потребленный объем электрической энергии (мощности), но и за резерв мощности. То есть за разницу, между фактическим объемом потребления мощности и величиной максимальной мощности.
В 2014 году Минэнерго даже был разработан проект Постановления Правительства РФ по оплате резервируемой максимальной мощности.
К счастью, этот проект не был утвержден. Правительство решило, что вводить плату за резерв сетевой мощности преждевременно.
На днях появилась новость, что Минэкономразвития РФ и «Россети» возобновили обсуждение проблемы оплаты потребителями электросетевого резерва.
Присутствие в новости Минэкономразвития является довольно странным, так как это ведомство, по идее, должно отстаивать интересы потребителей электроэнергии, так как даже по названию понятно, что оно должно стимулировать развитие экономики, а не противодействовать ему.
Представители МЭР считают, что «должен возникнуть стимул для потребителя эффективно использовать максимальную присоединенную мощность, либо отказываться от нее, либо платить за резерв..
Опустим то, что «максимальной присоединенной мощности» не бывает. Попробуем разобраться что грозит потребителям, если им все=таки придется оплачивать резерв сетевой мощности.
Сначала представим идеального потребителя (мне всегда кажется, что именно его рисуют Россети, а также Минэнерго и прочие министерства и ведомства):
Потребитель спрогнозировал план производства на год, разделил его равномерно на 12 месяцев. Прибросил, какой объем электроэнергии ему нужен, чтобы выработать свою продукцию. Прибавил коэффициент запаса 5% и понял, что у него есть лишняя максимальная мощность, которая ему совершенно не нужна. От лишнего резерва мощности он безвозмездно (а как же иначе — это уже прописано в Правилах технологического присоединения) отказывается. Назовем его потребителем-донором.
Сетевая организация лишнюю мощность, перераспределяет другим, нуждающимся предприятиям (потребителям-акцепторам).
В итоге — все счастливы:
— Потребители-акцепторы, так как получили так необходимую им максимальную мощность и, как следствие, возможность осуществить технологическое присоединение.
— Сетевая организация, ведь она помогла потребителям-акцепторам.
— Государство, так как для потребителей акцепторов больше не нужно строить новые сетевые мощности, а значит можно безболезненно урезать инвестиционные программы.
— Все остальные потребители в региона — так как для них уменьшится тариф на передачу электроэнергии (из-за уменьшения инвестпрограмм).
— Потребитель-донор… наверное потому, что исполнил свой долг перед Родиной.
Идеальная картина, не правда ли?
Теперь примерим эту картину на наши реалии:
Максимальная мощность нужна потребителю в определенном центре питания (подстанции 110-35 кВ). Если в этом центре питания есть потребитель-донор с действительно лишней мощностью, то он может передать эту мощность нуждающемуся потребителю-акцептору по механизму перераспределения максимальной мощности. Для этого ничего нового придумывать не надо — всё предусмотрено действующим законодательством и работает уже много лет.
Максимальная мощность сейчас — это товар, который может быть куплен, продан, передан и пр. Если этот механизм сейчас недостаточно эффективно работает — может быть лучше сделать единую площадку, где потребителям-донорам и потребителям-акцепторам было легче найти друг друга?
Хотя, конечно, в этом случае сетевая не получает денег за перераспределение мощности (деньги за оформление процедуры не в счет).
Если же потребитель-донор находится в глубокой тайге (степи, тундре, пустыне), где на 100 км. вокруг нет ни души. Лишняя мощность в этом случае больше никому другому не нужна. То, что сетевая организация сразу после отказа потребителя от мощности поставит за свой счет трансформатор меньшей мощности и уменьшит сечение ЛЭП, чтобы уменьшить потери в сетях, тоже как-то очень маловероятно.
Теперь рассмотрим картинку с точки зрения потребителя электроэнергии.
План производства — это, конечно, очень хорошо. Но выполняется он далеко не всегда и не в срок. Если потребитель запланировал резерв 5%, а по факту наступил кризис и потребление просело на 25%, предприятию и так, мягко говоря, не очень хорошо. Так его еще и заставят оплатить неожиданно образовавшийся резерв, дополнительно увеличивая постоянные затраты при снижении переменных. Замечательный стимул поддержки отечественного производителя.
Кризис миновал — заказы «пошли», даже в большем объеме, чем планировало предприятие. Нужно увеличивать производственные мощности. А никак — потребитель уже отказался (бесплатно) от «лишней» мощности и теперь она продана другим. Даже если и не продана — нужно пройти процедуру технологического присоединения, а это время и деньги. Еще один стимул для роста экономики.
В случае, если потребитель решит увеличить свое потребление без процедуры технологического присоединения и превысит максимальную мощность — ограничение режима потребления и безучетное потребление.
Кроме того, у многих потребителей график загрузки производства неравномерный в течение года. У таких потребителей получается «кризис» будет наступать ежегодно, поскольку в месяцы с меньшей нагрузкой им придется платить больше из-за того, что у них образуется «резерв мощности». Хотя понятно, что никакого резерва здесь нет и отказываться им не от чего — не делать же ежегодно технологическое присоединение. Конечно, можно сезонность предусмотреть и сделать так, чтобы такие потребители не оплачивали резерв мощности. Но в законопроекте 2014 года, если она и была учтена, то не в достаточной мере. Разве у идеального потребителя бывает сезонность?
Не для кого не секрет, что крупные промышленные потребителя для минимизации затрат на электроснабжение строят собственные генерирующие объекты, а подключение к электрической сетям оставляют в качестве резерва. Такие потребители, при введении платы за резерв будут вынуждены либо вообще отключиться от внешней электрической сети, что самым негативным образом скажется на надежности электроснабжения, либо им придется оплачивать этот самый резерв сетевой мощности, что очень сильно снизит инвестиционную привлекательность строительства новых подобных электрических станций.
В результате, если ввод оплаты за резерв сетевой мощности всё-таки будет введен — провозглашенные Россетями цели не будут достигнуты. Зато потребители получат несколько кнутов вообще без пряников и при любом отклонении должны будут оплачивать либо резерв мощности, либо технологическое присоединение, либо безучетное потребление.
Поделиться

Добавить комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Извините, для комментирования необходимо войти.

2 комментария

сначала новые
по рейтингу сначала новые по хронологии
1
Владимир

Насколько понимаю, это не все сюрпризы для Потребителей, за оплатой резерва мощности, не за горами плата за тангенс и т.д. по спирали...

"За последнее время доходы нашего государства уменьшились. После того как был введён налог на воздух, вы стали меньше дышать. Это возмутительно! Молчаааать! Кроме того, вводится новый налог....."

2
Артем Туксин

Ну у оплаты за тангенс хотя бы экономический смысл есть. Ведь компенсация реактивной мощности, дело, в принципе, хорошее, хоть и дорогое. Сейчас получается - при техприсоединении обязательно нужно установить компенсирующие устройства, за отклонения от соотношения активной / реактивной мощности предусмотрен штраф в соответствии с методикой ФАС. Не хватает только самой методики - а в законодательстве уже всё есть.

Оплата же резервируемой мощности, по-моему, может привести только к обогащению монополиста и значительному ухудшению положения потребителей. Больше ни к чему.

А я в последнее время мультфильм "Незнайка на луне" вспоминаю. Автор хотел показать загнивающий запад, а получилось, что заглянул в будущее